— Нельзя же вот так без суда и следствия. Все же наши люди. Не враги.
— Сань, ты прости меня, но ты сейчас говоришь как вшивый интеллигент. Тут надо действовать жестко. Иначе выйдет еще хуже. Они от разговоров перейдут к делу и начнут стрелять нам в спину. А насчет суда, тройку собрать много времени не надо.
— Ты все правильно говоришь, но надеюсь, без этого обойдется.
— Ох, не верю я в эти суеверия, ну да как знаешь. У меня своей головной боли хватает.
— Не понял, а ты что с нами не останешься?
— Рад бы да не получится. Все мы здесь в одной лодке посреди реки. Ты вон вырос до комполка, ну и я за тобой тянусь. Взял на себя командование остатками батальоном НКВД. Будем держаться там. Правда, лазарет у нас в казарме развернули. Не выгонишь?
— Да ну тебя, Вовка. Скажешь тоже. Тут ….., а он шутки шутить вздумал. Видел я твоего Самойлов, хотел припахать вместе со всеми. А как на них посмотрел да поговорил, тошно стало, отправил отлеживаться. Как только на ногах стоят, еле душа в теле держаться. Без них пока обойдемся.
— Вот спасибо. А то у меня там всего двадцать человек оборону держат. Отсыпь от своих щедрот человек двадцать и командира кадрового к ним желательно.
— У меня самого людей нет ничего. Мне оборону в куче мест держать надо. На каждый объект по минимуму роту надо бы выделить. Да их взять? Тут на полноценную роту людей не хватает. Это если не считать тех, кто в подвале сидит. Придется по взводу всего выделять, а еще резерв нужен, чтобы блокировать удары….
— Не прибедняйся. В качестве резерва и ударной силы будут те, что в лазарете отлеживаются. Я их, правда, хотел у себя использовать. Но на общее дело мне ничего не жалко…
— Да ладно обойдемся тем, что есть. Знаешь, к нам тут из 44 полка прибилась группа лейтенанта Петлицкого. Они со своим полком не успели выйти, под артобстрел попали и у нас в подвале укрылись. Они собирались на прорыв идти, но раз обстановка изменилась. Может, уговоришь к твоему отряду присоединиться…. Я возражать не буду у них и орудие есть.
— Ну, спасибо тебе отец родной. С меня как говорится, причитается.
— Потом сочтемся. Я вообще — то думал тебя своим заместителем сделать. Все равно лучше тебя никто ситуацию в крепости не знает. Твой отряд и так фактически во всех ключевых точках оборону держит. Да и немцев немало накрошил, а мы тут так дурью маемся.
— Ну и делай, я не против. А ситуацию лучше всех только на НП и штабе обороны знают….
— Я серьезно говорю насчет своего заместителя.
— Я тоже.
— Тогда пойдем, представлю тебя всем. Заодно и с лейтенантом переговоришь и наши предложения выслушаешь.
Подойдя к остальным командирам, Потапов представил меня как своего заместителя. И объявил о своем решении по организации обороны сектора цитадели. После чего стал раздавать приказания, назначая комендантов участков и решая вопросы распределения личного состава. Получив приказания, командиры расходились по своим позициям. Вскоре в комнате осталось всего несколько человек, в том числе и незнакомый мне лейтенант — артиллерист.
Старший лейтенант пригласил его к себе. Тот подошел и представился. Отойдя в сторонку, мы с ним переговорили. Я, обрисовав ему положение, предложил присоединиться к моему отряду. Подумав, Александр Леонтьевич согласился. В его группу входило около тридцати человек, в основном артиллеристов взвода ПТО первого батальона 44 полка. Мы договорились, что Петлицкий, со своими людьми, продолжит поиск уцелевшие орудия и установит их у Тереспольской башни. А если будет такая возможность, то часть орудий разместит и в казарме батальона НКВД.
Обсудив проблемы организации обороны, каждый из нас занялся своими делами.
* * *
Из воспоминаний ТИМОФЕЕНКО Виталий Яковлевич (Янович) 17.02.1920 г. лейтенанта командир огневого взвода батареи ПТО 333 сп.
Попал в плен 26.06. 1941 г. — Брестская крепость. Лагерь — офлаг XIII D (62) — Германия г. Нюрнберг (по книге “Героическая Оборона”, 1961).(РИ)
“…наша батарея, в том числе и мой огневой взвод, располагались в западном участке кольцевой казармы … 22 июня под обстрелом часть бойцов батареи погибла, так как она располагалась в корпусе, обращенном к границе. Из него отчетливо был виден железнодорожный мост через реку Буг. Первым нашим решением было: собрать бойцов, боевую технику, занять выгодную позицию для обороны и оказать сопротивление. Мы разместились в подвалах крепостных зданий.
Бойцы и командиры вытаскивали уцелевшие орудия и другую материальную часть, подносили боеприпасы и, примерно через полчаса, открыли ответный огонь. Спустя 2-3 часа, когда обстановка прояснилась, стали известны наши силы и вооружение (солдат оказалось больше 100 человек, младших командиров человек 10, пять лейтенантов). Среди командиров были распределены обязанности. Общее командование принял на себя лейтенант-пехотинец, знавший лучше всех расположение крепости, энергичный, волевой человек. Мне приказано было быть его заместителем и командовать имеющимися орудиями…”
* * *
Из воспоминаний Шабуева Абдулкахира, 1920 г.р., селение Минеральное Надтеречного района ЧИАССР, красноармеец 333 стрелковый полк (В книге Ошаева “Брест — орешек огненный”) (РИ)
“Боевыми действиями 333-го полка руководил старший лейтенант А. Е. Потапов. Помогал ему лейтенант, фамилию которого я не помню”.
* * *
Под лазарет были отдано расположение восьмой роты. Здесь под руководством Самойлова незнакомые бойцы мешками с землей закладывали окна, а раненые, расположившись на кроватях, отдыхали. Было их меньше, чем я ожидал. Григорий доложил, что еще одну группу раненых, требующих операций, удалось отправить с уходящими в прорыв. Сам он вылечить их не мог. Квалификации не хватало. Казарму соседней роты он выбрал под лазарет, потому что она практически не пострадала от артобстрела, только стекла повылетали. Даже осколки сюда не залетели. Все необходимое для работы есть. Вода, медикаменты, еда, постельные принадлежности в наличии. Из ларька военторга, что был напротив, принесли сахар и сладости. Из них для раненых приготовили теплый и сладкий чай. Поблагодарив Самойлова за все сделанное, отправился дальше.
Мой путь лежал в церковь- клуб. Надо было осмотреться и лично убедиться, что артиллеристы подготовились к отражению танковой атаки. Между Арсеналом и зданием погранзаставы возвышалась баррикада из мебели, вынесенной из казарм. Несколько бойцов под руководством незнакомого мне пехотного лейтенанта продолжали ее наращивать. Аналогичная картина была и у церкви. Стоит отметить, что была и разница. Баррикаду дополняли обложенные мешками с землей две сорокапятки. Своими стволами направленные на Трехарочные ворота и проезд у Арсенала. Тут же лежали открытые снарядные ящики. Несколько бойцов продолжали подносить их из здания. У столовой комсостава стояло еще одно орудие, расчет которого усиленно закапывался в землю. Аналогичное положение было и у Трехарочного моста. Там у Круглого туалета стояла полковушка, скрытая среди деревьев и прикрытая от обстрела бетонной стеной. Похоже, сержант- артиллерист не зря носил свои треугольники в петличке.
Несколько связистов закинув антенны на деревья и крышу клуба, пытались наладить связь с вышестоящим командованием. Но пока это не удавалось сделать.
* * *
Журнал боевых действий Iа 45 L.D.: запись от 22.06.41 (АИ) (время Берлинское)
10.20 ч. Представляется командир, ожидаемого к 12.00 ч. возле Тересполя, I.R. 133, получая от командира дивизии задачу: полку быть готовым с 13.00 ч. начать переправу на паромах на южный край Южного острова, наступая справа от I.R.130.
10.50 ч. Об этом намерении командиром дивизии ставится в известность штаб XII А.К. На основании последующих сообщений (в частности, I.R. 135) о силах противника в Цитадели и после консультации с командиром I.R.130 Шлипер, на основании нового понимания обстановки решается изменить задачу I.R.133.
Сейчас она выглядит так: I/I.R.133, усиленный 13/I.R.133, чистит сначала Западный остров, затем укрепления Центральной цитадели. Отсюда должен произойти переход на Южный остров и его последующая зачистка. (Окончательный приказ поступит к 12.30 ч.). Для следующей зачистки штабом корпуса в распоряжение дивизии предоставляется батарея Neb Abt 6, до сих пор подчиненная 31-й дивизии (прибытие к вечеру).
* * *
На НП произошли некоторые изменения. Парни, подняв несколько бревен и деревянных щитов, немного расширили площадку. И теперь тут можно было разместиться втроем. Но пока его оккупировали Ерофеев и артиллерийский наблюдатель. Наблюдатель и радист, сидевший на площадке ниже, работали в паре, помогая нашим танкистам выбивать врага на Северном острове. Ерофеев используя схему доложил об обстановке в крепости и проведенных мероприятиях. Тоже самое сделали и остальные присутствующие.
